Аналитика

Политические дивиденды сталинизма

Главной отличительной чертой электората КПРФ является то, что это прежде всего пожилые люди, но не самые обездоленные, есть и похуже, победнее (эта часть в свое время ушла к справороссам). КПРФ – одна из немногих партий, сумевших на протяжении долгих лет сохранить свой ядерный электорат, который дисциплинирован и идеологически однороден. У избирателя других партий убеждения представляют собой смесь различных социально-политических представлений, а часто (по их собственным словам) вовсе лишены хоть каких-то политических убеждений. В КПРФ очень велика доля людей, которые считают себя именно коммунистами, идентифицируют себя с партией и ее идеологией.

Организационно КПРФ тоже отличается от других партий. «Единая Россия» – это скорее весьма рыхлое сборище карьеристов и бюрократии, и даже значительной частью населения она воспринимается как организация «начальников». ЛДПР – это партия одного лидера, которая держится на имидже и авторитете Владимира Жириновского. Либеральные партии на сегодняшний день пребывают в организационном кризисе. Если «Яблоко», согласно нашим опросам, раньше в глазах избирателей считалась партией интеллигенции, то в последние несколько лет этот образ оказался размытым. А вот КПРФ сохранила поддержку и дисциплину своего электората. Можно сказать, что сегодня в России именно коммунисты являются настоящей, живой политической партией.

Какое-то время КПРФ испытывала конкуренцию со «Справедливой Россией», которая, по распространенному мнению, была специально создана Кремлем для ослабления коммунистов (на последних выборах в Думу похожую роль, видимо, выполняли также «Коммунисты России»). Действительно, «Справедливая Россия» представляла собой тоже левую партию, которая «откусила» от КПРФ часть электората, наименее обеспеченного, для которого наиболее важны идеи социальной справедливости и социального обеспечения. Но после неудавшейся попытки обновления «Справедливой России» в 2011–2012 годах, исключения из партии несогласных, а также последних новостей о том, что партию покидают знаковые политические фигуры, судьба «Справедливой России» непонятна.

Несмотря на то что КПРФ приняла навязанные Кремлем правила игры – не высовываться, не активничать, быть такими как все, – она все-таки смогла сохранить и своего избирателя, и работающую партийную структуру. Предсказания о том, что партия постепенно зачахнет, по мере того как будут уходить из жизни люди, жившие при коммунистическом строе, не оправдались. В недавнем исследовании гражданской активности в столице, которое мы проводили совместно с Московским центром Карнеги, мы увидели, что именно КПРФ воспринимается активными москвичами как та политическая сила, которая помогает им защищать свои интересы: провести разрешенный митинг, организовать встречу с депутатом, получить ответ на официальный депутатский запрос и т.д. КПРФ довольно успешно работает с активными и протестными группами населения, опережая в этом другие партии.

Вместе с тем коммунисты явно отсекают себя от демократически настроенный электорат тем, что упорно идентифицируются со Сталиным. Вряд ли партия откажется от этой фигуры, так как для значительного числа российского населения (прежде всего для недовольных условиями жизни) Сталин стал символом правителя, который может исправить ситуацию и «навести порядок», найти управу на зарвавшихся правителей. Вряд ли большинство членов КПРФ являются убежденными сталинистами, но пока этот образ приносит политические дивиденды, его будут эксплуатировать. Однако для демократически настроенных людей это символ деспотизма, политических репрессий и тоталитаризма, что мешает им идентифицировать себя с КПРФ.

Хотя тот же Валерий Рашкин (депутат ГД, член ЦК КПРФ. – «НГ-политика») пытается заигрывать с демократической и даже либеральной аудиторией, приходит на эфиры «Дождя», высказывается против ограничений на аборты, поддерживает антикоррупционные расследования. Может быть, это свидетельство некоей внутрипартийной борьбы за лидерство в партии, но и попытки играть с другим электоратом очевидны. И если допустить изменение общеполитических условий, то КПРФ может стать действительно сильной альтернативой партии власти, которая сохранила свою организационную структуру, и ее левую риторику разделяет значительная часть населения страны.

Это означает, что партия живет, хотя предпочитает действовать осторожно. Очевидно, что КПРФ ищет баланс, чтобы и себя сохранить, и не разозлить при этом Кремль. Это накладывает на партию видимые ограничения и не дает ей развернуться в полную силу. Но судя по всему, такая стратегия оказалась правильной.

Что касается образа партии в глазах российского избирателя, то по степени влиятельности и независимости она идет второй после «Единой России». Третья в этом списке ЛДПР, потом – «Справедливая Россия», остальным партиям люди просто затрудняются дать хоть какие-то оценки (опрос проводился в марте 2016 года). КПРФ немного проигрывает в вопросе о том, является ли она перспективной, устаревшей или же зрелой и опытной партией. В этом вопросе также россияне лучше всего оценивают «Единую Россию» – 61% говорят, что она опытная. Коммунистическую партию «опытной» считают 51% россиян, а 36% говорят о том, что она устаревшая. Но на фоне того же «Яблока», которое устаревшим считает 41%, это неплохой результат. Опросы показывают, что если демократические партии сильно потеряли в глазах избирателя, то Коммунистическая партия, наоборот, смогла значительно улучшить свой имидж.

Что касается отношения к лидеру, то Геннадий Зюганов стабильно входит в число наиболее авторитетных политиков, в топ-10, наверное. Президент Владимир Путин, премьер Дмитрий Медведев, министр обороны Сергей Шойгу, глава МИДа Сергей Лавров, а потом или Зюганов, или Жириновский – они меняются местами. А все остальные – уже ниже. Этот высокий рейтинг отчасти связан с принадлежностью к партии, отчасти с большой частотой появления на телеэкранах (авторитетом у россиян пользуются прежде всего «допущенные» до телеэфира политики). Но поскольку КПРФ не является партией вождистского типа, как ЛДПР, то приближающаяся смена лидера не должна привести к потере электората, который идентифицирует себя именно с партией, ее идеологией, советским прошлым, с идеями социальной справедливости. Левая риторика более понятна среднестатистическому россиянину, чем, например, демократические идеалы.

Оригинал