- Левада-Центр - https://www.levada.ru -

Социология выборов

Причинно-следственная связь между представлениями о том, что президент «хорошо работает», и его высокими рейтингами не прямая. Отчасти справедливо обратное: у Путина высокий рейтинг, и именно поэтому избиратели склонны считать, что Путин хорошо исполняет свои обязанности. Если поддержка президента начнет снижаться, то его станут все чаще винить во всех бедах, а о красивых результатах 2018 года никто не вспомнит

На прошедших в воскресенье президентских выборах безоговорочную победу одержал Владимир Путин, получив почти 77% голосов избирателей. Пришедший вторым Павел Грудинин набрал чуть менее 12%. Явка составила 67,5%.

Высокий процент голосов, поданных за Путина, во многом был предопределен событиями 2014 года. Присоединение Крыма к России, которое было воспринято большинством населения как возвращение России статуса великой державы, вызвало огромный прилив общественного оптимизма. Этот шаг принес самому Владимиру Путину, большинству российских государственных институтов и политической системе новую легитимность. В 2016 году это обеспечило победу «Единой России» на парламентских выборах, а теперь и самому Владимиру Путину – на выборах президента.

Тем не менее на сегодняшний день крымский эффект (не эйфория от присоединения полуострова, а новоприобретенная легитимность) во многом исчерпан: отрицательные оценки работы Государственной думы, премьера и правительства уже превышают положительные. И только президентский рейтинг сохраняется высоким на протяжении четырех лет.

Законсервировать поддержку населения помогло постоянное массированное присутствие Владимира Путина на главных федеральных телеканалах, отсутствие публичной критики его действий в основных СМИ, политическая безальтернативность – ощущение, что рядом с Путиным нет равновеликой ему политической фигуры, – и довольно быстрая адаптация населения к ухудшению экономической ситуации из-за кризиса конца 2014 года.

Кроме того, остальные семеро кандидатов почти не вели агитацию (может быть, за исключением Ксении Собчак). Поэтому те показатели поддержки, которые они имели на старте, практически не изменились, привлечь новых сторонников им не удалось. Возможно, это именно то, что и было нужно Кремлю.

Если бы к участию в выборах был допущен Алексей Навальный (такая возможность вроде бы обсуждалась на старте), вряд ли он смог бы сильно изменить сложившийся баланс политических симпатий, но привлечь на выборы своих сторонников, оживить предвыборные дебаты, внести в кампанию хотя бы некоторую неожиданность у него бы, скорее всего, получилось. Но в этом случае политика необходимо было допустить к федеральным телеканалам, что помогло бы ему расширить базу своих сторонников, и, видимо, в Кремле решили не рисковать.

Президентская кампания прошла скучно и в этом сильно напоминала парламентскую. Без серьезной политической борьбы общественное мнение практически не менялось. Результат был понятен любому неискушенному наблюдателю задолго до дня голосования.

Безальтернативность выборов гарантировала Владимиру Путину высокий процент голосов уже в первом туре. Но одновременно это работало на снижение явки – критики президента оказались деморализованы, а часть его сторонников также не видели необходимости в своем участии, так как их кандидат побеждал и без их помощи. «Зачем идти, когда и так все ясно?» – говорили они на групповых дискуссиях. И если Кремлю требовалась высокая явка, нужно было предпринять специальные усилия для заманивания людей на избирательные участки.

Это было достигнуто за счет масштабной информационной кампании Центризбиркома (по подсчетам специалистов, на эти выборы была потрачена рекордная сумма денег): о выборах говорили по телевизору, о них сообщалось на чеках крупных торговых сетей, рассылались специальные СМС-напоминания, разъяснительные работы проводились в государственных учреждениях и на предприятиях.

Почему информационная кампания сработала? Дело в том, что примерно половина населения России – особенно граждане, которые застали еще советское время, – считает участие в выборах своим «гражданским долгом». А долг платежом красен. Стратегия дала необходимый результат, но именно в условиях высокой поддержки основного кандидата и низкого уровня протестных настроений.

Приоритет социальной сферы

Некоторые эксперты объясняют высокую явку тем, что власти призвали население сплотиться против внешнего врага. Но на различных групповых дискуссиях, которые мы вели в ходе избирательной кампании, не чувствовалось какого-то особого ожесточения и мобилизации военного типа. Наоборот, предыдущие несколько лет в обществе росла усталость от внешней политики. Все большее количество людей хотели бы, чтобы Россия меньше тратила за рубежом и больше – дома, помогала своим гражданам, а не чужим странам.

В числе проблем, решения которых избиратели ждали от следующего президентского срока, внешнеполитические темы были в самом конце длинного списка. В ответах на открытый вопрос звучали прежде всего социальные проблемы: повышение зарплат, пенсий и социальных пособий (этого ждут 39% респондентов), обеспечение доступного, читай бесплатного, здравоохранения и образования (25%), решение экономических проблем, выход из кризиса, обеспечение стабильности рубля (20%), борьба с коррупцией (19%), контроль за ценами, низкая инфляция (16%), создание новых рабочих мест и борьба с безработицей (15%).

О необходимости дальнейшего укрепления обороноспособности и авторитета России в мире говорили лишь 5% респондентов. Как и граждан любой другой страны, россиян беспокоила социальная сфера. Небогатое большинство российского населения хотело бы, чтобы государство больше заботилось о своих гражданах, помогало и опекало их, иначе зачем вообще это государство нужно.

Неудивительно, что сам Владимир Путин не раз в ходе кампании обращался в своих речах именно к социальной проблематике. Очень уместно было прямо перед выборами объявить о повышении пенсий и зарплат бюджетников, введении новой порции материнского капитала за рождение второго ребенка. Уже после победы на встрече со своими сторонниками Владимир Путин вновь произнес слова о приоритете социальной сферы.

Лишь однажды за последние несколько месяцев установка на социальное обеспечение дала сбой – во время обращения президента к Федеральному собранию, когда половину своего выступления Владимир Путин говорил о новых видах вооружения. Но для большинства населения, которое если и слушало это выступление, то в новостной нарезке, тема вооружений прозвучала через запятую со словами о повышении уровня жизни, развитии здравоохранения, борьбы с раком и так далее. По опросам, люди отметили, что о ракетах говорилось больше, чем нужно, а о пенсиях слишком мало. Но в целом российское общество осталось довольно выступлением.

Что касается жестких слов в адрес Запада, то воинственную риторику люди понимают как часть игры: нападать ни на кого мы, конечно, не будем, но надо быть жестким, потому что «они другого языка не понимают», делать первый шаг навстречу тоже не стоит. Оценить милитаристский пафос послания Путина, скорее всего, смогли лишь в экспертном сообществе и на самом Западе.

Подробнее о кандидатах

Решение всех описанных проблем большинство россиян связывают именно с фигурой Владимира Путина. Как говорили люди на групповых дискуссиях, «у него огромный опыт», он сильный политик, «который может навести порядок и который его наводит».

Массовое представление о том, кто из кандидатов предлагает наилучшее решение российских проблем, хорошо отражает финальный расклад голосов. В январе 2018 года 57% россиян считали, что наилучшие решения предлагает Владимир Путин; 7% назвали Павла Грудинина; 5% – Владимира Жириновского и по 2% – Алексея Навального, Ксению Собчак и Григория Явлинского. Конечно, речь не о конкретных программах кандидатов, которые никто никогда не читает, а о совокупности надежд и представлений, которые люди связывают со своими избранниками.

Интересную картину дают сравнительные опросы о том, чьи интересы представляют основные участники предвыборной гонки (вопрос задавался в январе 2018 года). Главной отличительной чертой Владимира Путина в сравнении с другими политиками является то, что он в большей степени, чем остальные, представляет интересы всего населения (так считают 40% опрошенных). Главной характеристикой Ксении Собчак в глазах респондентов стало то, что «она преследует только свои собственные интересы» (40%), такого же мнения в отношении Явлинского придерживались 25% респондентов, в отношении Путина – 6%. При этом в отношении Грудинина и Явлинского значительная доля опрошенных затруднились с ответом (46%; 35%).

Павел Грудинин, который получил чуть менее 12% голосов избирателей, стал интересным открытием этих выборов. По сравнению с Геннадием Зюгановым (который остается более популярным политиком) электорат Грудинина не так скошен в сторону старших поколений и малоимущих слоев населения – традиционного электората КПРФ. Среди сторонников Грудинина оказалось много молодых и состоятельных граждан.

Сами сторонники кандидата, приходившие на фокус-группы, отдавали себе отчет в том, что Грудинин «соединил несоединимое»: сторонников и противников Сталина (которые жарко спорили между собой во время дискуссий), капитализм и социализм, взяв от каждого строя «только хорошее». Характерно, что в начале кампании респонденты могли не помнить его имя и фамилию, но все знали про совхоз имени Ленина и клубнику.

По мнению наших респондентов, «он как бы капиталист, но, с другой стороны, думает о людях», будет строить «социальное государство». Несмотря на все обвинения в его адрес, для своих сторонников Павел Грудинин стал воплощением социально ответственного бизнесмена по-русски. Сильными сторонами его образа стали «хозяйственный опыт», связь с сельским хозяйством, которое для значительной части населения по-прежнему имеет положительное символическое значение, и его антикоррупционная риторика. Но небезупречная репутация, иностранные счета и шлейф скандалов помешали Павлу Грудинину получить лучший результат.

Владимир Жириновский, получивший на выборах чуть менее 6%, был в своем привычном репертуаре. Его электорат, как обычно, оказался скошен в сторону молодых россиян без высшего образования. Именно Жириновский (а не Собчак) стал на этих выборах главным кандидатом «против всех». По словам его сторонников, они ходят на выборы затем, чтобы «показать власти кукиш», некоторые голосуют за него, «чтобы поржать».

Признавая, что публично политик играет роль шута, его сторонники говорили, что «на самом деле Жириновский умный мужик» и говорит «правильные вещи» о роли России в мире, отношениях с Западом, проблемах русских людей. В ходе дебатов Жириновский снова, по общему признанию, выступал «интереснее, убедительнее других». Так посчитали 43% россиян; Грудинина отметили 25%; Собчак – 19%. Но телевизионный успех не помог Жириновскому обойти на выборах более свежего и интересного кандидата от КПРФ.

Ксения Собчак, набрав менее 2%, даже отдаленно не смогла повторить результат Михаила Прохорова, который в 2012 году получил почти 8% голосов. И если многие демократически настроенные избиратели тогда поверили в серьезность намерений Прохорова (поэтому так остро чувствовалось разочарование, когда вскоре после выборов бизнесмен оставил политику), то Собчак привлечь людей на свою сторону не удалось.

Ядерный электорат Собчак – молодые, обеспеченные жители крупных городов – объясняли свою поддержку тем, что Собчак выступает за хорошие отношения с Западом, гражданские права, права женщин и сексуальных меньшинств, за демократическое развитие страны, светское государство, нормальные выборы, потому что она «против войны». Сторонникам импонировали ее смелые высказывания, поездка в Чечню. Ей даже готовы были простить то, что она может оказаться «проектом Кремля», потому что это «хороший проект». Но основная масса более искушенного демократического электората Собчак очевидно не поверила.

Среди основной массы населения ее шансы были и того меньше. Как говорили противники Собчак, она не любит, не уважает и не понимает простых людей, «думает только о себе любимой». По итогам избирательной кампании Ксения Собчак должна была почувствовать то, что хорошо известно политикам из девяностых: невозможно в один миг отказаться от собственной биографии и сделать вид, что твоего прошлого не существовало.

Григорий Явлинский ожидаемо получил около 1% голосов. С самого начала было ясно, что его выдвижение станет большой ошибкой. Партия «Яблоко» проиграла от его участия в выборах. Робкие попытки обновления партии, заметные во время думских и муниципальных выборов в Москве, были перечеркнуты выдвижением Григория Явлинского, от которого устали даже сторонники партии.

Прочие кандидаты так и остались в роли спойлеров и статистов.

Тревожные звоночки

Сейчас часто можно услышать, что высокий результат Путина на выборах обеспечил его легитимность на следующие шесть лет. Представляется, что это не так – скорее он отражает ту поддержку, которой президент пользуется на сегодняшний день. Об источниках и механизмах обеспечения этой поддержки кратко было сказано в начале статьи.

Причинно-следственная связь между представлениями о том, что президент «хорошо работает», и его высокими рейтингами не прямая. Отчасти справедливо обратное: у Путина высокий рейтинг, и именно поэтому избиратели склонны считать, что Путин хорошо исполняет свои обязанности. По той же причине многие склонны его оправдывать: проблемы страны настолько сложные, что даже Путин не может с ними справиться.

Если поддержка президента начнет снижаться, то его станут все чаще винить во всех бедах, а о красивых результатах 2018 года никто не вспомнит. Уже сегодня в преимущественно позитивном образе президента заметны некоторые трещинки. На фоне общего признания его заслуг и положительных качеств («сильный лидер», «опытный руководитель», «патриот своей страны», «стратег», «ведет здоровый образ жизни») сторонники других кандидатов сходились во мнении, что Путин «устарел», что «от него устали и сам он устал», что он становится препятствием на пути тех перемен, о которых они мечтают. Примечательно, что даже у сторонников президента, не говоря о скептиках, Путин часто ассоциируется с «кощеем бессмертным».

Пока Владимир Путин сохраняет поддержку большинства, все эти разговоры ему не страшны. Но тревожный звоночек для власти прозвенел уже в ходе избирательной кампании. Уровень общественного оптимизма, который медленно увеличивался на протяжении последних полутора лет (на фоне адаптации населения к новым экономическим условиям и низкой инфляции), в конце осени начал снижаться.

Повышение пенсий и социальных выплат в декабре прошлого года ненадолго привело к новому всплеску оптимизма, но уже в январе – феврале медленное ухудшение настроений продолжилось. От того, сумеет ли власть справиться с наметившимся трендом в общественных настроениях, сумеет ли оправдать возложенные не нее надежды большинства населения, будет зависеть, насколько легитимным и спокойным будет новый срок Владимира Путина.

Оригинал [1]

close

РАССЫЛКА ЛЕВАДА-ЦЕНТРА

Подпишитесь, чтобы быть в курсе последних исследований!