Аналитика

Россияне оказались не готовы к рыночной экономике

Больше половины россиян считают экономику, основанную на государственном планировании и распределении, более правильной, чем рыночную. Таковы результаты исследования, которое провели социологи “Левада-центра”, в конце января опросившие 1600 человек в 137 населенных пунктах 48 российских регионов. За плановую экономику высказались 52 процента респондентов, тогда как экономическую модель на основе частной собственности и рыночных отношений поддержали лишь 26 процентов.

Согласно результатам того же опроса, 37 процентов россиян предпочли бы советскую политическую систему. Нынешняя система устраивает 23 процента, тогда как за демократию по образцу западных стран высказались 13 процентов опрошенных. С чем связана ностальгия россиян по советским временам? Результаты опроса в интервью DW прокомментировала Марина Красильникова, глава отдела изучения доходов и потребления “Левада-Центра”.

DW: Как вы можете объяснить результаты опроса? Почему плановую экономику предпочли вдвое больше россиян, чем рыночную?

Марина Красильникова: Это устойчивое мнение, которое сформировалось у россиян за последние 20 лет. Причина тому – разочарование в рыночных переменах, с надеждами на которые общество вошло в период трансформации в начале 90-х годов. В то время многие верили, что можно перейти к модели экономического процветания за счет повсеместного внедрения частной собственности и развития рыночных отношений.

Но реализация этого плана на практике сильно разочаровала россиян, поскольку она была связана с существенным падением уровня жизни и нарастанием дезорганизации общества. То есть среднестатистический россиянин и государственные институты оказались не готовы к действиям, которых требовала такая экономическая модель.

В результате общественное сознание не справилось с поставленной перед ним задачей и теперь ищет спасение в уже известных моделях экономики, в частности, государственного распределения и планирования. Такая модель в значительной мере снимает с человека личную ответственность за принятие решений, за организацию своей жизни. Кроме того, люди связывают государственное планирование с порядком. Желание упорядочить экономические отношения, установить правила, обязательные для всех участников этих отношений, – вот что, на мой взгляд, стоит за высокой долей тех, кто выбирает государственное распределение и планирование.

– Почему люди оказались не готовы к самостоятельному принятию решений и продолжают полагаться на государство?

– Это тоже наследие 90-х. Тогда у людей не было большого опыта самостоятельного принятия решений. Напротив, существовала утвердившаяся модель поведения советского человека, когда сфера его личной ответственности была ограничена простыми задачами. Каждый отвечал только за текущее потребление своей семьи, а жилищные вопросы, образование и медицинское обслуживание были прерогативой государства. В трудовых отношениях было то же самое: человек был наемным работником и не думал о том, откуда берутся средства на его зарплату.

Теперь у большинства россиян по-прежнему очень ограниченные ресурсы для самостоятельного жизнеобеспечения. Уровень жизни остался низким, большинство не может выйти за рамки текущего потребления. У людей нет возможности решать жилищные вопросы или получать качественные медицинские услуги. Чаще всего предел возможностей – покупка продуктов и одежды и оплата коммунальных услуг.

– На кого люди чаще всего возлагают ответственность за свой низкий уровень жизни?

– Сейчас три четверти населения уверены, что страна пребывает в кризисе. При этом преобладает мнение, что его причина – это внешние факторы: падение цен на энергоносители, связанная с этим динамика валютных курсов и в меньшей степени – западные санкции. Впрочем, российское население довольно негативно оценивает и экономическую политику правительства. Более половины участников опросов регулярно говорят о том, что власти вряд ли справятся с текущим кризисом в ближайшее время.

– Тем не менее, согласно результатам вашего последнего опроса, почти четверть населения считает нынешнюю политическую систему самой предпочтительной. Почему, несмотря на кризис, россияне придерживаются такого мнения?

Я не вижу здесь противоречия. В начале двухтысячных годов происходило существенное повышение уровня жизни россиян, за это время почти в три раза выросли доходы населения в реальном выражении. На это время, то есть на пик экономического развития страны, пришелся максимум одобрения нынешней политической системы (в феврале 2008 года доля таких респондентов составляла 36 процентов. – Ред.). Казалось, что именно такая система и нужна стране. Но потом выяснилось, что она дает сбой, а альтернативы при этом нет.

Демократическая система по образцу западных стран сильно дискредитировала себя в глазах россиян в 90-е годы, поскольку она связана с рыночными отношениями. Был некоторый ренессанс в 2012 году, когда у населения появился интерес к демократии. В тот период в России как раз проходили протесты оппозиции. Но этот порыв быстро захлебнулся.

– С чем вы связываете самую большую долю тех, кто считает наиболее приемлемой советскую политическую систему? Это ностальгия по советскому прошлому?

– Думаю, этот результат не стоит понимать так буквально. Скорее всего, 37 процентов в опросе – это люди, которые помнят, что было хорошо, когда граждане не несли ответственность за принятие политических решений, и жизнь при этом казалась им нормальной. То есть это не уход в советскую систему как таковую, а, скорее, голосование за патернализм.

Вместе с тем интересно, что у людей растет чувство неопределенности: количество затрудняющихся ответить оказалось очень велико – 19 процентов. То есть у людей происходит потеря ориентиров, они затрудняются в выборе пути развития.

Оригинал