Аналитика

Предвыборная дезактивация

Подготовка различных политических сил к сентябрьским выборам идет полным ходом, и за последнюю неделю мы наблюдали за ходом праймериз двух самых интересных конкурентов на предстоящих выборах в Государственную думу. Предварительный отбор ПАРНАСа привлекал внимание прежде всего потому, что в нем должны были определиться и региональный, и федеральный списки кандидатов партии. И еще потому, что было своеобразным испытанием прочности российской оппозиции, которая сообща и вместе до этого выступала не слишком успешно: стоит вспомнить Координационный совет оппозиции, закончившийся вместе с выходом ключевых участников, не сумевших договориться о целях и задачах; да и выборы на региональном уровне, например, думские выборы в Костромскую область в 2015 году перешли во взаимные обвинения оппозиционных сил. Но и в этот раз Демкоалиции не удалось наладить взаимоотношения в своих рядах, продемонстрировать эффективность внутрипартийных механизмов демократии. Сначала скандал с «квотой Касьянова», завершившийся выходом из союза Навального и Милова, а затем и сам процесс голосования оказался под ударом. Утечка персональных данных избирателей первоначально объяснялась технической ошибкой, а затем – атакой спецслужб и предательством соратников. Этой неразберихой сразу же воспользовались государственные СМИ, обвинив оппозицию в предательстве своих сторонников.

Праймериз «Единой России», прошедшие в конце мая, не спровоцировали громких скандалов, хотя и безупречными их не назвать: встречались и организационные проколы, и прямые нарушения процедуры. Однако праймериз ПАРНАС и ЕР отличаются и по гораздо более важному параметру, а именно – цели, которую перед собой ставили организаторы.

ПАРНАС имело более или менее простую и понятную цель – мобилизация немногочисленных сторонников оппозиции, напоминание сторонникам и сочувствующим о том, что они еще есть. «Единая Россия», как известно, партия, ориентированная в первую очередь на правящий класс. Именно так она и воспринимается на протяжении лет населением страны: россияне считают, что ЕР – партия силовиков, региональных властей, олигархов и бюрократии. И в целом они правы. Прошедшие праймериз вряд ли ставили целью привлечение новых сторонников или улучшение имиджа партии. Это заметно по тому, кто пришел 22 мая.

По крайней мере социально-демографический портрет типичного избирателя на праймериз во многом схож с портретом сторонника «Единой России». Во-первых, мы видим практически полное совпадение по полу. На выборах 2011 года за «Единую Россию», по данным Левада-Центра, проголосовали 62% женщин и 38% мужчин. Такие же пропорции наблюдаются и на предварительном голосовании ЕР. Согласно переписи населения, в российском обществе иное соотношение: 45% мужчин и 55% женщин. Стоит отметить, что в целом женщины активнее участвуют в выборах, чем мужчины. Разница появляется из-за того, что чаще голосуют люди старшего поколения, а из-за более низкой продолжительной жизни мужчин в России в этой возрастной когорте доля женщин намного больше.

Во-вторых, возраст участников предварительного голосования значительно смещен в сторону людей предпенсионного и пенсионного возраста. 41% голосовавших на праймериз старше 55 лет, хотя в целом по стране таких людей только 30%. Это вполне может быть связано с тем, что у пожилых людей больше свободного времени. Они больше осведомлены о местных новостях, а это означает, что они скорее слышали имена людей, баллотирующихся по своему округу, и, следовательно, обладают более мощной мотивацией для участия. К тому же, по словам респондентов, информирование о предстоящих праймериз в целом было не на высоте. Даже те, кто уже принял решение прийти на голосование, испытывали трудности с поиском места голосования. Пенсионеры намного сильнее связаны с локальными сообществами, ведь у них больше знакомых и родственников среди соседей. И для них поход на выборы или праймериз мероприятие скорее коллективное. В случае когда ты имеешь обязательства перед близкими людьми, мотивация прийти и проголосовать усиливается, и зачастую это становится даже более важным, чем желание выразить мнение и изменить что-либо своим голосом. Учитывая небольшой интерес к праймериз (по официальным данным, явка составляла около 10%), фактор возраста играет еще большую роль, чем в общенациональных выборах.

В-третьих, распределение по типам населенных пунктов показало еще одно странное смещение. Около 40% участников праймериз «Единой России» проживают в сельской местности, при том что всего таких жителей России – 25%. Зато есть «недобор» среди жителей крупных городов (размером от 500 тыс. жителей): 15% вместо «положенных» 32%. Опять же это свидетельствует о специфике той категории людей, которые потратили свой выходной день в поисках участка и чтении биографии кандидатов. Сейчас нет оснований полагать, что это как-то сказалось на объеме фальсификаций, но вообще, как показывает опыт, сельские районы – самые удобные с точки зрения организации вбросов и подкупа избирателей: нужно прилагать меньше усилий для того, чтобы убедить избирателей в безальтернативности кандидата от партии власти. С праймериз правящей партии несколько сложнее, ведь соревнуются формально представители одной политической силы. Здесь важно присутствие слова «формально». Конечно, настоящая цель этих «предвыборов» – демонстрация возможностей региональных кандидатов, на кого региональным властям стоит делать ставку. Открытая модель праймериз, с одной стороны, служит кадровому обновлению партийного состава, а с другой – позволяет более самостоятельным кандидатам получить административную поддержку на выборах в сентябре, если, конечно, они были допущены до участия в праймериз. Поэтому сельские районы наиболее удобны для продвижения тех персон, которые тесно связаны с партией, так как именно там они обладают и реальной популярностью. В городах отношение к «Единой России» менее благосклонное, поэтому и форсировать явку в сложных округах небезопасно: это может привести к появлению неуправляемых региональными властями фигур на политической сцене.

Россияне к праймериз «Единой России» относятся довольно скептически. Треть всех опрошенных доверяет результатам предварительного голосования, еще четверть затрудняется ответить. Впрочем, сама идея опрошенным не кажется такой уж плохой. Мысль о том, что это отбор талантливых людей, способных обновить партию, наравне конкурирует с убеждением в том, что главная цель – создание видимости демократии и поддержки народа. Конечно, среди проголосовавших настроения иные: более двух третей доверяют результатам и верят в благие намерения организаторов.

О том, что 22 мая состоится предвыборный кастинг кандидатов, слышали три четверти россиян. Это достаточно хороший показатель, особенно если сравнить с информированностью граждан о прошлых праймериз «Единой России», которые она проводит с 2007 года. Например, во время кампании 2011 года, когда «Единая Россия» разрешила участвовать в голосовании лишь определенным выборщикам из числа общественных организаций и членов партии, лишь 40% россиян хоть что-то слышали о предварительных выборах партии, и только 5% были хорошо осведомлены о них. В этом году уже 74% знали об отборе кандидатов, а 28% были в курсе деталей. Причем среди интересующихся сентябрьскими выборами доля хорошо осведомленных значительно выше – 41%. Они же стали более активными участниками майского голосования, чем россияне в среднем. Логичен и тот факт, что участники праймериз скорее выберут «Единую Россию» на предстоящих выборах, чем те, кто в праймериз не участвовал. Впрочем, партия и так популярнее других, поэтому можно было бы ожидать и большего интереса к предварительному голосованию от ее сторонников. Только 18% респондентов, собирающихся проголосовать за ЕР в сентябре, воспользовались шансом поучаствовать в предварительном отборе кандидатов.

Элемент имитации и шоу сохраняется. И если россияне зачастую не верят в возможность что-либо изменить голосованием, то в силу праймериз им поверить еще сложнее. Наши респонденты отчасти воспринимают это мероприятие как возможность выразить свое неудовольствие властью, то есть прийти и проголосовать за «молодежь», за новые лица. Понимание необходимости перемен, смены партийных функционеров вступает в сложную борьбу с нежеланием участвовать в политике и зачастую проигрывает. Поэтому в предварительном голосовании молодежь принимала очень незначительное участие, а люди старшего поколения выбирают интуитивно, не ориентируясь в огромных списках незнакомых фамилий. В такой ситуации безусловным преимуществом пользуются артисты, спортсмены, ведущие и прочие медийные персоны. Ну и те, кто уже находится у власти или к ней близок. Впрочем, главное для организаторов – не активизировать электорат и вовлечь новых людей, а отсеять бесполезных, слишком инициативных и вредных для имиджа партии кандидатов. Ни власти, ни избиратели не ждут, что избранные кандидаты переформатируют государственную повестку или хотя бы начнут вносить своевременные и актуальные инициативы. Большинство россиян не готовы прилагать усилия к отбору кандидатов и не очень-то верят в возможность каких-либо изменений в будущем. Прошедшие праймериз «Единой России» вряд ли послужат легитимизации будущей победы партии, но станут неплохим инструментом для оценки ресурсности будущих депутатов.

Оригинал

close

РАССЫЛКА ЛЕВАДА-ЦЕНТРА

Подпишитесь, чтобы быть в курсе последних исследований!

Выберите список(-ки):