Аналитика

Год надежды и обиды

Социологи практически в ежедневном режиме сообщают о том, как мы живем и что думаем, но в конце года хочется обратиться к самому простому и понятному – чувствам, которыми сограждане описывали свое настроение в 2019 г. И это намного важнее «рейтингов» одобрения, доверия и прочих политических установок, далеких от повседневной жизни среднестатистического россиянина.

По данным опроса, проведенного «Левада-центром» в конце сентября 2019 г., тройка наиболее популярных ответов на вопрос «Какие чувства, на ваш взгляд, окрепли в последнее время у вас лично?» выглядит следующим образом: «надежда» (34%), «обида за свой народ» (25%) и «усталость, безразличие» (23%). Не сказать, что «рейтинг» этих чувств существенно менялся за последние годы, но особенности все-таки есть. От 2017 к 2019 г. отмечается увеличение доли «обиженных» (на 13 п. п.), что вряд ли требует дополнительных разъяснений. Эхо недовольства повышением пенсионного возраста слышно до сих пор, причинно-следственная связь подтверждается легко: обиду респонденты старше 55 лет, наиболее остро ощутившие несправедливость принятой реформы, декларируют в 1,5 раза чаще остальных возрастных когорт. Есть методическая хитрость: социологи спрашивают не только о личных чувствах респондентов, но и о чувствах окружающих их людей. Окружающим респонденты всегда приписывают более негативные характеристики («безразличие», «озлобленность, агрессивность», «зависть», «страх» и т. д.), себе – более благородные («надежду», «уверенность в завтрашнем дне», «чувство собственного достоинства»), но в «обиде за свой народ» между личным и коллективным статистически значимой разницы нет, т. е. обида объединяет тебя с окружающими.

Обида – это не только удел пенсионеров и депривированных слоев населения. Не отстают и социально благополучные группы: респонденты с высшим образованием, с высокими доходами, жители Москвы, которые также декларируют схожий спектр личных ощущений. Более того, сейчас уровень «обиды» находится на максимуме с начала нулевых годов, похожие значения опросы демонстрировали ранее только один раз – в 1999 г., но и причин для этого было тогда немало: высокое недоверие политическим институтам, последствия дефолта 1998 г. и т. д. Чувство обиды в обществе, которому теоретики часто дают более широкое определение «ресентимента», активизирует либо поиск справедливости, либо поиск виноватых. По данным мая 2019 г., поиск справедливости все чаще обращается в советское прошлое, а не в настоящее или будущее (59% россиян назвали главной характеристикой СССР «заботу государства о простых людях»), а поиск виноватых выливается в рост массовой ксенофобии – по отношению к мигрантам и этническим меньшинствам (71% респондентов называли одну и более национальность, чье проживание следовало бы ограничить на территории России), начавшийся в 2018 г. и в нынешнем году лишь укрепившийся. Задействованы оба механизма.

Нельзя сказать, что совсем еще юные 18–24-летние граждане обладают кардинально иным социальным самочувствием. Да, на втором месте по частоте декларирования у них «уверенность в завтрашнем дне» (28%), но сразу за ней – «усталость и безразличие», которые выражает каждый четвертый в этой возрастной категории (25%). Чего тогда ждать от тех, кто постарше и перешагнул социальный рубеж взрослости, часто маркируемый 25 годами? У 25–39-летних уже не так заметно выражена «уверенность в завтрашнем дне» (22%) и в 2 раза ниже – «чувство свободы» (10%), уровень которой у них одинаков с их родителями и бабушками и дедушками. Будем честны – «индекс социальных настроений» как интегральный показатель самочувствия в обществе от 2018 к 2019 г. демонстрировал рост, однако если обратиться к его частным составляющим, которых всего четыре («индекс семьи», «индекс власти», «индекс России» и «индекс ожиданий»), то можно увидеть, что именно с ожиданиями у населения дела обстоят хуже всего. Можно даже назначить это чертой национального характера: молодые в России быстро становятся пессимистами в их планах на будущее, особенно если это касается не их личного будущего, а будущего страны (их собственное будущее, в отличие от будущего страны, представляется им в 2 раза лучше, чем положение в настоящем).

И, по сути, это еще один итог года, который трудно назвать оптимистическим, – дистанцированность личного от государственного. Подтверждение этому – результаты опроса, в ходе которого респондентов спрашивают о том, за какие сферы они чувствуют личную ответственность. Да, чувствуют (ранжируем от большего к меньшему) – за семью, работу и дом/двор, и нет, скорее не чувствуют – за город и страну, причем между первыми и последними проходит настоящая пропасть: если за семью суммарно декларируют ответственность 90% опрошенных, то за страну – 29%. Но есть и хорошая новость: ответственность за страну и город стали декларировать в последние два года несколько чаще.

Кажется, население стало более ответственным в выражении своих мнений, что хорошо заметно на вопросах, ответ на которые подразумевает выбор из большого количества возможных вариантов. Например, вопрос о наиболее важных правах в этом году демонстрировал небывалую интенсивность ответов и рост позиций о необходимости свобод различного рода («свободы слова», «свободы вероисповедания», «свободы мирных собраний» и т. д.). Это свидетельствует не о том, что люди готовы взяться за вилы, как это ошибочно интерпретировали: это знак того, что наболело и на что должны обратить внимание сверху. Надежда (на перемены) умирает последней, поэтому обижаемся, но еще терпим.

В конце отмечу более оптимистический итог года в общественном мнении, который показывает, что одной обидой (или «врагом») становится меньше. Отношение жителей России к Украине впервые за последние пять лет улучшилось и стало доминировать над негативными оценками: в сентябре 2019 г. 56% россиян заявили о своем «хорошем» отношении к Украине против 31% с «плохим» (напомню, что жители Украины изначально демонстрировали более хорошее отношение к россиянам). Учитывая, что два месяца подряд победа Владимира Зеленского на выборах президента Украины, по мнению россиян, входила в топ-3 самых запомнившихся событий месяца лично для них, можно сделать вывод о надеждах на потепление отношений между государствами, ради которых часть населения сменила знак минуса на плюс. Станет это улучшение восприятия устойчивым трендом или старые обиды вернутся с новой силой, мы узнаем в следующем году.

Оригинал