Пресс-выпуски

СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В РОССИИ: СЕНТЯБРЬ 2001 ГОДА

Л.А. Седов

СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В РОССИИ: СЕНТЯБРЬ 2001 ГОДА

По данным опросов общественного мнения проведенных ВЦИОМ.

 

Основные результаты:

В возникшем в сентябре международном кризисе большинство населения — за нейтралитет России

В отношении Чечни отмечается повышение градуса воинственности

В экономике главная цель — рост производства, а средство — усиление роли государства

Политическая обстановка в стране оценивается как спокойная, рейтинг В. Путина укрепляется, за президентом числится все больше конкретных достижений.

Отношение к событиям в мире

Почти весь сентябрь прошел под знаком трагических событий 11 сентября в Соединенных Штатах Америки. После взрывов в Нью-Йорке и Вашингтоне “мир стал другим”, и это хорошо почувствовали и жители России. Опрос 1600 россиян, проведенный 21-24 сентября в 83 населенных пунктах разного типа в 33 регионах страны, показал, что 80 % из их числа восприняли произошедшее как акцию глобального масштаба и только 15% сочли ее “внутренним делом США” (особенно характерно такое отношение для маргиналов из электората Жириновского, для людей, помещающих себя на нижнюю ступень социальной лестницы). Несколько меньшее, но все же подавляющее большинство людей (72 %) полагают, что террористическое нападение на США и неотвратимо следующая за ней “акция возмездия” могут повлечь за собой развязывание новой мировой войны и только 17 % не усматривают такой опасности.

Отчасти по причине страха перед возможностью оказаться вовлеченными в назревающий мировой конфликт, отчасти из-за сохраняющегося в народе довольно сильного духа антиамериканизма (о чем будет подробнее сказано ниже), абсолютное большинство опрошенных (54 %) высказалось за соблюдение Россией строгого нейтралитета при сохранении отношений со всеми сторонами конфликта. Только 28 % безоговорочно приняли сторону США и НАТО и выступили за оказание им моральной поддержки и за разрыв отношений с их противниками в мусульманском мире , 20%, — за участие в военных операциях на их стороне 8 %. Принять сторону мусульманских стран и не допустить развязывания войны против них предлагают 5 % респондентов. Наиболее решительную прозападную позицию отстаивают избиратели “Яблока” (43 % “яблочного” электората, но не самого Явлинского — 17%), СПС (39%) и ЛДПР (47 %), и, что характерно, лидер последней из-за своих промусульманских высказываний теряет голоса этой западнической части своих избирателей (их насчитывается 49 % в прошлом электорате Жириновского и только 29% в нынешнем). Заметим также, что довольно решительная поддержка США и Западу, заявленная Путиным, идет несколько вразрез с настроениями его партийной (“Единство”) базы, наиболее отчетливо (63 %) настроенной в пользу строгого нейтралитета. При всех своих нейтралистских настроениях россияне все же склонны считать, что на Западе видят в России союзника в борьбе с международным терроризмом (70 %), хотя 8 % опасаются, что Россия может выглядеть и помощницей террористам (17 % в бывшем электорате Жириновского).

Поддержка военным акциям возмездия США существенно увеличивается при условии, что будет твердо доказано, что террористические акты в США — дело рук исламских экстремистов. В этом случае за поддержку акций возмездия высказались 39 % (против 48 %), 21 % поддержали предоставление американцам для проведения операций российских военных баз в Таджикистане (против 69 %) и 11 % выступили за участие совместно с американцами в наземной операции против талибов (79% дали отрицательный ответ). Любопытно отметить, что фактор доказанности играет разную роль для различных групп населения. Так, например, среди избирателей СПС и ЛДПР уровень поддержки США остается таким же, как он был отмечен выше, а для избирателей Явлинского он важен настолько, что с их стороны поддержка возрастает почти втрое (до 48 %), возрастает она и у избирателей “Отечества” (на 17пп) и у тех, кто собираются голосовать против всех партий (на 23 пп). Соответственно, наиболее чувствительными к проблеме доказательства выглядят жители Москвы (27 пп) и больших городов (21 пп), население Предуралья и Урала (20 пп), граждане, имеющие высшее образование и средний материальный достаток (16 пп). В настоящий же момент участие Усамы Бен Ладена в подготовке терактов в американских столицах не считает доказанным половина опрошенных и лишь 16% придерживаются противоположной точки зрения (чаще это представители состоятельных слоев из числа избирателей СПС, голосовавших на прошедших президентских выборах против всех кандидатов, т.е. “правые” в наиболее прямом смысле этого слова).

Каковы бы ни были отмеченные выше тонкости и нюансы в отношении россиян к проблеме акции возмездия террористам со стороны США, фактом остается то, что примерно половина жителей России склонна, при любых обстоятельствах, оставаться в стороне, а примерно 40 % склоняются к той или иной условной или безусловной коалиции с Западом. Столь высокая степень отказа Америке в поддержке при том, что 71 % населения декларирует свое хорошее отношение к США (столь высокий показатель последний раз наблюдался в марте 1997 года), объясняется широко распространенным в людском сознании и часто даже неосознаваемым антиамериканизмом, выраженным с различной степенью интенсивности и откровенности. Оголтелых врагов Америки, заявляющих, что при виде падающих небоскребов они испытали чувство удовлетворения, насчитывается 5% (в богатой части населения — 10 %, а среди избирателей Жириновского, но не ЛДПР, в электорате которой сегодня только 40 % будут голосовать за своего лидера и столько же за Путина, — 26 %). Более умеренный антиамериканизм выражается в том, что на вопрос об их отношении к Соединенным Штатам люди прямо отвечают, что относятся к ним плохо или очень плохо. Таких ответов мы получаем 20% и, конечно же, здесь выделяются сторонники Зюганова и еще более левые радикалы, воспитавшиеся в атмосфере холодной войны люди в возрасте 60-69 лет. Однако, самый неявный, можно сказать, латентный антиамериканизм выявляется в ответе на вопрос: “Согласны ли вы с тем, что американцам досталось поделом, теперь они на своем примере узнали, что чувствовали во время бомбардировок люди в Хиросиме и Нагасаки, в Ираке, в Югославии?” Свое согласие подтвердили 50% респондентов, несогласие — 42%, и эти доли в точности совпадают с мерой готовности поддержать Америку в ее антитерористической кампании.

Вместе с тем, нельзя не обратить внимания на то, что в целом оценка населением текущего состояния отношений с Соединенными Штатами колебнулась в сторону потепления. Если сравнить ответы, данные на вопрос: “Как бы Вы оценили нынешние отношения между Россией и США?” в мае и в сентябре 2001 года, мы получим следующую картину:

 

 

 

Май 2001

Сентябрь 2001

Дружественные

5

7

Хорошие, добрососедские

8

13

Нормальные, спокойные

38

42

Прохладные

30

25

Напряженные

13

8

Враждебные

1

1

Затруднились

4

5

Как видим, общее число людей, дающих отношениям с США положительную оценку увеличилось на 11 пп и соответственно сократилась негативная оценка. Напряженность в отношениях с Америкой больше склонны усматривать самые состоятельные и самые обездоленные члены общества, голосовавшие на прошлых выборах против всех, а теперь склонные голосовать за Явлинского.

Восприятие чеченской проблемы

Бурные события на мировой арене пока не слишком сказались на протекании внутриполитических и социальных процессов в самой России и на восприятии их общественным мнением. Пожалуй, только в отношении чеченской проблемы наметился определенный сдвиг, выразившийся, с одной стороны, в явном желании политической элиты “подверстать” чеченский вопрос к лежащей в основном в другой плоскости проблеме борьбы с международным терроризмом, с другой, в заметном повышении градуса воинственности в обществе в целом, что также связано с надеждами на то, что мировое сообщество отныне не станет строго судить широкомасштабное использование военной силы как средства борьбы с “террористами” в Чечне. В сентябре доля сторонников продолжения военных действий выросла на 10 пп и достигла 40%, число же сторонников мирных переговоров упало на целых 15 пп, до 44% (и до 52% в случае крупных потерь со стороны федеральных сил вместо 66% в августе). При этом люди, выступающие за продолжение и интенсификацию военных действий, не очень-то верят в скорый успех. На постепенное успокоение обстановки в Чечне в ближайшие месяцы надеются только 12% опрошенных, 40% считают, что особых перемен не предвидится, а 34% полагают, что ситуация будет лишь обостряться.

Электораты основных партий и кандидатов в президенты заметно различаются по соотношению в них лиц, выступающих за войну или за переговоры. Это можно проиллюстрировать следующими таблицами:

Президентские электораты

(соотношение воинственных и миролюбивых)

Путин

Зюганов

Явлинский

Жириновский

Другой

Против всех

Не участвуют

0.9

0.9

0.9

1.7

1.8

1.0

0.7

 

 

Партийные электораты

(соотношение воинственных и миролюбивых)

“Отечество”

КПРФ

“Яблоко”

“Единство”

СПС

Против всех

Не участвуют

 

0.7

0.8

0.9

1.4

1.8

0.7

0.7

 

Обращает на себя внимание различие в настроениях путинского электората и электората его партийной базы в “Единстве” и СПС, а также крайнее миролюбие избирателей “Отечества”, контрастирующее с настроем их партнеров в формирующемся союзе этих партий. Бросается в глаза также то, что наиболее воинственную часть электората не устраивает никто из нынешних кандидатов в президенты, а равно и явное противоречие между переговорными инициативами Немцова и непримиримостью электората СПС.

Отношение к экономическим проблемам

Наиболее значимые внутриполитические события сентября были связаны с возобновлением работы Государственной Думы. В третьем чтении был одобрен Земельный кодекс и начата работа над бюджетом на 2002 год, пока одобренном только в первом чтении. Что касается Земельного кодекса, то возобладавшая на нынешнем этапе осторожность, проявившаяся в изъятии из него земель сельскохозяйственного назначения впредь до принятия особого закона, находит оправдание в том состоянии общественного сознания на этот счет, которое фиксируется данными опроса. Против передачи в торговый оборот сельскохозяйственных угодий высказываются 52% опрошенных, за такую передачу — 35 %, причем среди жителей села это соотношение выглядит как 61% и 30%. Это не означает, что население страны вовсе против любой частной собственности на землю, и, например, на вопрос о праве приобретать в частную собственность земельных участков, земель вблизи крупных водоемов и лесных земельных наделов положительный ответ был получен в 54% случаев и лишь 34% опрошенных ответили отрицательно (сельские жители показали результат 44% и 47%, а жители крупных городов — 74% и 29 %, причем в наиболее состоятельной части населения эти доли составляют 72% и 17 %).

В вопросе о бюджете, притом, что основные его параметры одобрены Думой, предстоят серьезные схватки по поводу дележа бюджетного “пирога”, в которых парламентарии не могут не учитывать, как мнения населения, как такового, так и специфически своих электоратов. Об общих взглядах россиян на бюджетные приоритеты и предпочтениях в различных группах избирателей говорят следующие данные опроса:

Безусловное первенство в вопросе о первоочередном финансировании статей госбюджета отдается здравоохранению и физической культуре (64%) и образованию (61%), и здесь не отмечается серьезных партийных различий, разве что в электорате “Отечества” здравоохранение отступает на второе место (51%).

Следующую группу статей образуют те, что предусматривают отраслевое финансирование — сельского хозяйства и рыболовства (46%), промышленности, энергетики, строительства (44%), а также расходы на социальные нужды (пенсии, пособия) (44%), на национальную оборону (38%), на правоохранительную деятельность и обеспечение безопасности государства (28%). Здесь обратим внимание на то, что расходы на сельское хозяйство в наибольшей мере поддерживаются электоратом “Единства” (52%) и в наименьшей СПС (34%), промышленные статьи находятся, наоборот, на высоком месте у СПС (53%) и у тех, кто голосуют против всех партий (57%) и низко котируются в электорате ЛДПР (30%), что лишний раз подтверждает факт опускания этого электората в село. В социальных расходах наибольшую заинтересованность проявляют избиратели КПРФ (50%) и голосующие против всех (51 %), наименьшую — молодежный электорат ЛДПР (28%). Нужды обороны находятся в центре внимания избирателей СПС (52%) и менее всего волнуют электоральных абстинентов (26%). Также мало заботят их правоохранительные расходы (20%), более всего занимающие “яблочный” электорат (41%).

Наконец, на периферии общественного сознания находятся такие остро дебатируемые в Думе объекты финансирования, как фундаментальные научные исследования (15% в среднем, 23% в электорате “Отечества”, 9% в ЛДПР), культура, искусство (14 %, в СПС — 21%, в ЛДПР и “Отечестве” — по 11%), финансовая помощь бюджетам других уровней (среднее — 12%, в “Яблоке” — 23%, в “Отечестве” и КПРФ — по 8%), судебная система (среднее — 9%, в “Отечестве” и СПС — по 7%), развитие рыночной инфраструктуры (среднее — 8%, в СПС — 17%, в “Яблоке”, как ни странно, — 2%) и, на одном из самых последних мест, обслуживание государственного долга (4% в среднем, 17% в ЛДПР, 0% в “Отечестве”).

В несколько ином ракурсе предстают предпочтения россиян, когда речь заходит не о бюджетном финансировании, а о приоритетных направлениях деятельности правительства, т.е. о стратегии и тактике экономического развития страны. Здесь многие результаты говорят сами за себя и не нуждаются в подробном комментировании. Вот, как они выглядят (в процентах от числа опрошенных):

Рост промышленного производства — 52

Ликвидация задолженности по зарплатам и пенсиям — 35

Социальная ориентированность реформ, идущих в стране — 30

Возвращение к государственному регулированию экономики — 28

Снижение налогового бремени на население и юридических лиц — 23

Пересмотр результатов приватизации крупных государственных объектов – 22

Государственная поддержка базовых отраслей — 22

Стимулирование частнопредпринимательской деятельности, кредиты — 14

Улучшение сбора налогов — 14

Закрытие нерентабельных, убыточных предприятий — 11

Сокращение влияния естественных монополий и новых НПГ — 10

Углубление курса реформ, укрепление позиций частного капитала — 9

Продолжение курса приватизации, передача земли в частную собственность– 8

Во взглядах россиян на экономику единственно, в чем существует почти полный консенсус, так это в признании необходимости роста производства. На безусловном приоритете этой позиции сходятся почти все электоральные группы (за исключением, может быть, только “Отечества”, в электорате которого этот пункт набирает лишь 38% наравне со снижением налогового бремени, а наибольшую поддержку он имеет в электорате “Единства” — 63%). Различия начинаются там, где речь идет о способах достижения этой цели Совершенно очевидно, что в обществе в целом берут верх государственническо-патерналистские подходы, занимающие всю верхнюю часть приведенного выше списка. Однако, радикально левый путь возврата к государственному регулированию больше всего импонирует избирателям КПРФ, занимая в этом электорате первое место в числе приоритетов (51%). Социал-демократическая подоплека “Яблока” выявляется в том, что у “яблочников” на второе место выходит социальная ориентированность реформ (48%). Для избирателей СПС наиболее значимо укрепление позиций частного капитала (35%; в “Яблоке” этот пункт набирает только 7%) и симулирование частного предпринимательства (33%; в “Яблоке” — 17% и это, главным образом, те из “ябочников”, кто преданны своему вождю, а таких в электорате этой партии осталось всего 19% — 65% готовы голосовать за Путина). Наконец, за государственную поддержку базовых отраслей наиболее часто выступают те, кто голосуют против всех партий. Чаще всего это пострадавшая от реформ часть инженерно-технической интеллигенции, не сочувствующая ни коммунистам, ни реформаторам.

Оценка собственных материальных условий

В том, что касается материального положения и самочувствия жителей России, сентябрь можно назвать месяцем заметного продвижения в благоприятном направлении. Еще на целых 6 пп по сравнению с предыдущим месяцем увеличилось число людей, заявляющих, что они приспособились к прошедшим в стране переменам: теперь их 51%, и это на целую четверть больше, чем их было к моменту вступления Путина на пост и.о. президента. Соответственно за этот же период с 31% до 26% понизилась доля людей, считающих, что к переменам им никогда не приспособиться. По многим показателям в сентябре сохранялись рекордно благоприятные величины, достигнутые в летние месяцы 2001 года. Так, на рекордном уровне 23-24% зафиксировалось число ответов “жизнь вполне или по большей части устраивает”, и также рекордно мало (37%) за все время с начала 1997 года доля ответов “жизнь совершенно или по большей части не устраивает”. Такое же ровно рекордно малое число людей (37%) характеризуют материальное положение своих семей как плохое и очень плохое (в июле их было 40%, в январе — 42%). То есть отмечается медленный, но неуклонный рост благосостояния. В сентябре резко, до 41%, снизилось число негативных оценок экономического положения в месте собственного проживания респондента (в мае 2000 года — 46%, в январе 2001 года — 49%, в июле 2001 года — 46%) и еще более резко (до 49%) — число негативных оценок экономической ситуации в России в целом (в мае 2000 года — 61%, в сентябре 2000 года — 64%, в январе-марте 2001 года — 61%, в июле 2001 года — 56%). В сентябре достигнуто наибольшее (21%) за все время наблюдений число ответов “все не так плохо и можно жить” и рекордно малое (20%) число ответов “терпеть наше бедственное положение уже невозможно”. Именно столько, и это также самый низкий за все время показатель, высказываются за прекращение реформ. Динамика показателей адаптации жителей России, начиная с мая 1994 года, хорошо видна на следующем графике, выполненном А. Головым:

Почти восстановился и эйфорический показатель мая 2000 года, месяца инаугурации Путина, в ответах на вопрос: “Наладится ли наша жизнь в течение ближайшего года?” Тогда положительный ответ давала ровно треть населения, затем произошел спад до 28%, сегодня этот показатель равен 31%. Вместе с тем, можно видеть насколько серьезный спад претерпели по сравнению с тем же маем оптимистические ожидания россиян: на улучшение в экономике в ближайшие же месяцы тогда надеялись 48%, сегодня — 34% (в январе 2001 – 40%, в марте — 2001 – 31%, в июле 2001 –32%). Однако, одновременно имеет место и снижение уровня протестных настроений. В сентябре возможность выступлений против падения уровня жизни, в защиту своих прав допускают 17% опрошенных и столько же предполагают свое личное в них участие. Это самый низкий уровень, начиная с мая 2000 года.

И последнее, что хотелось бы отметить в связи с экономическими проблемами, это появление в сентябре тревожных симптомов в области выплат. По сравнению с августом на 4 пп увеличилось число рапортующих об ухудшении положения с различного рода выплатами (13% вместо 9% в августе), и данные показывают, что ухудшение в большей мере коснулось беднейших слоев населения Москвы.

 

Политическая ситуация

Что касается политической обстановки в стране, то и тут в июле и сентябре наблюдалось увеличение до рекордного уровня (20%, затем 23%) количества людей, воспринимающих ее как спокойную (до этого рекордным был март 2001 года с 17%). Соответственно до 7% с прежних наименьших 10% в мае 2001 года и прошедшем июле снизилась оценка ситуации как “критической, взрывоопасной”. Тем не менее, протестный потенциал политического характера остается достаточно высоким и не столь однозначным, как в случае с экономическими требованиями, что видно из ответов на вопрос: “Возможны ли в вашем городе/районе выступления протеста с политическими требованиями?”. Динамика этого показателя за весь период президентства Путина видна в следующей таблице:

 

Январь 2000

Май 2000

Сент. 2000

Январь 2001

Март 2001

Июль 2001

Сент. 2001

возможны

16

12

15

13

24

19

17

мало вероятны

63

71

66

70

59

63

66

Сентябрь не принес каких либо серьезных изменений в персональный список политиков, пользующихся вниманием и доверием населения. Ниже мы приведем имена тех из них, кто получили более 1% упоминаний в опросе типа “Мониторинг” (2414 респондентов), указав в скобках рост или падение доверия за последние два месяца:

В. Путин — 35,8 (+3,3), Г. Зюганов — 12,0 (- 1,2), С. Шойгу (10,4 (+1,7), М. Касьянов — 8,3 (+ 2,9), Г. Явлинский — 4,7 (- 0,2), Е. Примаков — 4,5 (+ 1,7), В. Жириновский — 4,3 (- 0,9), Ю. Лужков — 4,0 (+ 0,4), Б. Немцов — 4,0 (- 0,7), А. Тулеев — 3,1 (+0,5), Г. Селезнев — 3,1 (+ 0,2), В. Матвиенко — 2,3 (- 0,1), А. Лебедь — 2,2 (+ 0,5), И. Хакамада — 1,6 (- 1,4), И. Иванов — 1,1  (+ 0,4), С. Кириенко — 1,1 (- 0,6).

Приведенные данные свидетельствуют о том, что, в то время, как и правые, так и левые партийные лидеры теряют доверие, набирают доверие сам президент и политики из исполнительной власти, некоторые фигуры “центристского” плана (Примаков, Селезнев) и видные губернаторы. Вообще на сегодняшний день губернаторы как институт пользуются наивысшим после президента уровнем одобрения. Вот, как выглядит уровень одобрения различных властных институтов по положению на сентябрь (вопрос “Вы в целом одобряете или не одобряете деятельность…?”:

 

Президента

Премьера правительства

Губернатора

Представ ителя в округе

Правительства в целом

Одобряю

73

50

55

36

40

Не одобряю

21

33

35

38

45

Заметим, что президентские представители в федеральных округах все еще сильно уступают губернаторам в плане доверия, хотя надо также отметить, что определенно высказаться на их счет пока еще не может довольно большое число опрошенных (27%), а также тот факт, что это число затруднившихся за последний месяц сократилось на 6 пп в пользу одобрения. Обратим также внимание на то, что наименьшим одобрением как губернаторы, так и представители пользуются в регионе севера европейской России.

Если Путин пользуется неоспоримым преимуществом и в рейтинге доверия, и в показателях одобрения, то его электоральное превосходство над любым из соперников выглядит вовсе преобладающим. В сентябре за него проголосовали бы 47% (это на 3 пп больше, чем в августе), а голоса за альтернативных кандидатов, принадлежащие тем 20% людей, которые Путина не одобряют, и еще примерно 5% тех, кто относятся к нему терпимо, но все же предпочитают другого претендента, рассыпаются на мелкие фракции, лишая остальных политиков шансов составить Путину малейшую конкуренцию. За Зюганова голосуют 11%, за Жириновского — 2,6%, за Тулеева — 1,3%, за Явлинского — 1,1%, остальные не набирают и процента. Любопытно, что происходит с выбором людей в случае, если Путин гипотетически выбывает по той или иной причине из президентской гонки. В такой ситуации наши избиратели впадают в замешательство, 40% затрудняются назвать замену и еще 18% заявляют, что такой замены не существует, 9% называют ближайших сподвижников: конституционного преемника — Касьянова (5%) и Шойгу (4,%). В числе других 13% называют — Зюганова, 3,4% — Жириновского, 3,2% — Тулеева, 2,2% — Примакова, 2,1% — Явлинского, 1,2% — Немцова, 1,0% — Лужкова.

Высокий уровень поддержки Путина в значительной мере определяется тем, что россияне склонны рассматривать деятельность президента как скорее успешную во всех сферах жизни страны, и это ощущение продолжает нарастать. Это хорошо видно, если сравнить ответы на вопрос “Как после избрания Владимира Путина президентом изменилось в стране…?”, полученные в марте и в сентябре 2001 года (данные марта приводятся в скобках):

 

Не изменилось

Улучшилось

Ухудшилось

Экономическое положение страны

35 (45)

55 (44)

7 (7)

Положение России на международной арене

30 (34)

48 (40)

8 (18)

Уровень жизни населения

43 (48)

38 (29)

15 (19)

Положение со свободой слова,печати,перемещением за рубеж

45 (51)

34 (27)

7 (9)

Положение в Чечне

44 (44)

29 (24)

17 (23)

Уровень обороноспособности

42 (43)

26 (20)

14 (28)

Положение в культуре, науке, образовании

46 (45)

25 (22)

13 (18)

Положение с воровством и коррупцией

58 (62)

17 (18)

14 (11)

В % от числа опрошенных. Данные о затруднившихся ответить не приводятся.

Как видим, люди усматривают за Путиным наличие довольно серьезных успехов в экономической области, в международных делах, даже в повышении жизненного уровня населения. Прогресс за последние полгода наметился и в других сферах (наименьший в чеченских делах), и только в борьбе с воровством и коррупцией наблюдается, по мнению людей, топтание на месте или даже определенный сбой. И все же приходится признать, что еще очень большое число людей (от 30 до 58%) не считают, что за время президентства Путина в стране произошли серьезные перемены к лучшему, отвечая “ничего практически не изменилось”.