Пресс-выпуски

Общественные настроения в августе 2020 г.

Вся динамика социально-экономических индексов, начиная с  1995 г., доступна в разделе “индикаторы”.

Пандемия коронавируса стала основным событием нынешнего года, оказавшим существенное воздействие на жизнь всего российского общества. О том, как менялись социальные настроения в этот период позволяют судить измерения индекса социальных настроений (ИСН).

Сопоставление августовских значение ИСН с последними доступными данными до этих чрезвычайных обстоятельств показывают, что по сравнению с февралем 2020г. в августе сводный индекс общественных настроений снизился на 7% до уровня 107 пунктов. Между этими двумя замерами данные для расчета индекса общественных настроений (ИСН) отсутствовали из-за вынужденных изменений в методике проведения опросов общественного мнения в период действия наиболее строгих мер самоизоляции (с апреля по июль 2020г.). Падение сводного индекса было существенным по всем частным составляющим ИСН, но в большей мере снизились оценки личного положения (индекс семьи – минус 9%) и ожидания (минус 8%). Менее всего (на 4%) ухудшились оценки ситуации в стране в целом. (см. Рис. 1).

Рисунок 1

То, что общественные настроения ухудшились – это сейчас не великая новость, а вот оценки глубины падения и перспектив восстановления – именно об этом в обычных условиях позволяет судить динамика ИСН. Формально, за последние годы это не самое существенное снижение ИСН. Еще два года назад, в середине 2018г., темпы падения показателя были более значительными. В 2016 и 2014гг. также происходили сопоставимые по величине ухудшения общественных настроений. Однако сейчас такие сравнения не столь информативны, как обычно, по двум причинам.

Во-первых, пандемия коронавируса – это беспрецедентная ситуация. Современное общество, не только в России, не имеет опыта такого стремительного всемирного распространения неизвестной ранее опасной болезни, а принятые меры по сдерживанию эпидемии – ограничение общественной жизни и приостановка экономики – не использовались ранее в столь широких масштабах. Соответственно, не было образцов реакции, поведения в подобных условиях, не было опыта, опираясь на который, люди могли бы формировать свое отношение к происходящему. Реакция общества не «вырастала» из предшествующих обстоятельств, а формировалась как бы «a posteriori», отталкиваясь от уже состоявшихся событий, а не участвуя в их появлении.

Инструменты измерения динамики общественного мнения, подобные ИСН, основаны на гипотезе о социальной обусловленности перемен в общественном мнении, дают количественное измерение влияния социально-политических и социально-экономических факторов на общественный климат, который, в свою очередь, является основой для развития общества в целом.

Нынешнее существенное снижение общественных настроений, с одной стороны, не имело непосредственных конкретных предпосылок (если говорить о влиянии пандемии), с другой, было подготовлено предшествующим продолжительным периодом отсутствия надежных позитивных факторов формирования общественного оптимизма, поддержкой слабо позитивного социального фона за счет механизма понижательной адаптации, о чем не раз говорилось ранее (см. пресс выпуск 19 марта https://www.levada.ru/2020/03/19/indeks-potrebitelskih-i-sotsialnyh-nastroenij/).

Практически до самого начала действия ограничительных мер для сдерживания эпидемии, население не проявляло значимых изменений настроений. Распространение коронавируса не воспринималось как чрезвычайная угроза. Внезапное ухудшение индикаторов общественных настроений в конце марта, например, динамика индекса потребительских настроений (ИПН) (см. пресс выпуск 3 апреля https://www.levada.ru/2020/04/03/dinamika-potrebitelskih-nastroenij-v-marte-2020-goda/ ) вначале было реакцией на негативные ожидания в связи с очередным витком девальвации, кризисом на нефтяном рынке. Как только приостановка экономической жизни стала очевидной, негативные ожидания лишь усилились.

Если говорить о влиянии пандемии, то сейчас можно говорить лишь о начале процесса формирования общественной реакции на сложившееся в стране положение. Результаты ограничений общественной и экономической жизни, а также мер, призванных сгладить их негативные последствия, еще только проявляются, их отдаленные последствия вообще не ясны. Пока люди, очевидно, ситуативно реагируют на текущие изменения в повседневных обстоятельствах жизни. Отсюда – наибольшее снижение частного индекса семьи в сводном ИСН.

Оперативная статистика о материальном благополучии населения России фиксирует глубокое падение уровня жизни населения, сейчас выглядящее более значительным, чем это было во время недавних экономических кризисов в современной истории (начиная с кризиса 1998г.). Однако из данных Росстата, Банка России следует, что худшее позади, «дно» уже пройдено. Начиная с мая – июня экономические показатели стали улучшаться, доходы населения – восстанавливаться.

И здесь как раз нужно упомянуть вторую причину, по которой пока не слишком информативно количественное сопоставление динамики ИСН сейчас и в предыдущие годы. В результате вынужденного изменения методов сбора данных, информация, полученная в ходе опросов в период самоизоляции, оказалась несопоставима, и только по косвенным данным мы сейчас можем судить о том, как менялись общественные настроения (какова была динамика ИСН) в последние полгода, между этими двумя точками – «февраль» и «август» (в период, когда измерения ИСН не проводились). Эти косвенные данные позволяют заключить, что, действительно, основное ухудшение общественных настроений произошло весной, в апреле – мае. А затем начался процесс восстановления, по крайней мере в той части, которая определяется социально-экономическими факторами. Субъективные оценки ситуации на рынке труда не ухудшаются по одним параметрам, и даже несколько улучшаются – по другим (см. пресс-выпуск 17 августа). Согласно опросам, которые ИнФОМ проводил по заказу Банка России в апреле-июле, доля ожидающих ухудшения материального положения своих семей снизилась вдвое – с 36% в начале апреля до 18% – в начале июля (см. http://cbr.ru/Collection/Collection/File/29097/Infl_exp_20-07.pdf ).

Амплитуда колебания общественных настроений в период строгой самоизоляции нам не известна, следовательно, пока неизвестен градиент августовского замера ИСН, направление его дальнейшего развития. По мере нормализации общественной жизни будут проявляться последствий экстренных мер, связанных с пандемией, в привычных для общества значимых факторах формирования общественного мнения. В социально – экономической сфере – это динамика доходов и потребления, инфляции, ситуации на рынке труда. По этим параметрам на сегодняшние прогнозы на ближайшие месяцы не утешительные.

Марина КРАСИЛЬНИКОВА,
член правления Левада-Центра, канд. экон. наук

АНО “Левада-Центр” принудительно внесена в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента. Заявление директора Левада-Центра, не согласного с данным решением, см. здесь.