Пресс-выпуски

Характер и структура массовой тревожности в России

В марте 2021 года Левада-Центр провел очередной опрос на тему, чего боятся россияне, что вызывает у них страх. Впервые набор диагностических вопросов такого рода был включен в программу мониторинга общественного мнения в 1994 году. Длительность подобных измерений массовых настроений, производимых по одной и той же технологии в рамках регулярных общероссийских социологических исследований населения, позволяет, с одной стороны, выявлять устойчивость самой структуры страхов, а с другой – -анализировать колебания уровня тревожности в обществе, связанных с актуальными событиями или процессами в стране. Вопросы, задаваемые респонденту, формулировались следующим образом: БОИТЕСЬ ЛИ ВЫ И В КАКОЙ МЕРЕ…? Предлагаемый набор ответов позволял фиксировать степень тревожности от «совершенно не боюсь» или «скорее не боюсь» до «иногда боюсь, иногда нет» и от «скорее боюсь» до «испытываю постоянный страх». В 2008 и 2013 году сам список «страхов» был дополнен еще несколькими позициями. Для большей наглядности однотипные ответы складывались, хотя для некоторых целей анализа важно и нужно принимать во внимание именно степень артикуляции респондентами своей тревоги и беспокойства.

Таблица 1

БОИТЕСЬ ЛИ ВЫ И В КАКОЙ МЕРЕ…?

 Совершенно не боюсь / скорее, не боюсьИногда да, иногда нетСкорее боюсь / постоянно испытываю страх  Затруднились ответить
Болезни близких, детей89821
Мировой войны2414621
Произвола властей2219582
Болезни, мучений2617571
Возврата к репрессиям2916523
Бедности, нищеты3221461
СПИДа4113452
Нападения преступников3621441
Потери сбережений3818441
Смерти4214422
Ужесточения политического режима3423413
Публичных унижений, оскорблений4618361
Стихийных бедствий                      4520331
Потери работы5017313
Старости5317301
Март 2021, N=1600. В % к числу опрошенных, ранжировано по «Скорее боюсь / Испытываю постоянный страх»

Первые пять позиций в списке тревог, испытываемых абсолютным большинством россиян, занимают страхи двух типов: постоянное и безотчетное беспокойство за здоровье и благополучие детей и близких (главный источник внутреннего субъективного, экзистенциального напряжения), которое сопровождается боязнью или ожиданием непременных собственных страданий, мучений из-за предполагаемых или действительных болезней (но – что важно – не связанных впрямую со старостью или приближающимся уходом из жизни – последние характеризуют состояние вполне конкретных возрастных групп, это другого рода тревожность). За ними следует более общие факторы социального порядка – страх перед большой войной, угроза оказаться объектом или жертвой произвола властей, и, наконец, ужас возврата к массовым репрессиям.

Природа и интенсивность переживаемых массовых страхов такого рода на первый взгляд кажется иррациональной, даже с учетом далеко не блестящего состояния отечественного здравоохранения, милитаристской риторики руководства страны, авантюризма внешней политики или растущего числа политических репрессий, как и расширяющегося спектра поводов для них, административного «беспредела» местной власти и т.п. Так, большая часть россиян на соответствующие диагностические вопросы отвечала, что с их здоровьем все относительно в порядке, что с полицейским произволом сталкивались лишь четверть взрослого населения, криминальная статистика последних лет (в особенности в сравнении с первой половиной 90-х годов) скорее дает основания для успокоения и т.д. Исходя из фактического положения в экономике, можно было бы предполагать, что на первые позиции выйдут конкретные социальные страхи – снижение доходов, обеднение населения, перспектива безработицы или нападения преступников, ограбления, физического насилия, но общественное мнение показывает несколько другую картину массовых настроений. На первый план выдвинуты отвлеченные и наименее рационализируемые и контролируемые отдельным человеком страхи.

Постоянство описываемых типов социального беспокойства указывает на то, что подобная тревожность не является непосредственной психологической или актуальной эмоциональной реакцией на те или иные события, которые с точки зрения «здравого смысла» следовало бы принимать в качестве мотивированных причин возникновения подобного беспокойства, для волнения и переживания страха и ужаса. С социологической точки зрения такие переживания представляют собой реакции на неопределенность институционального обеспечения наиболее важных условий повседневного существования, субъективное переживание зависимости от внешних сил.[1] Как и большинство фиксируемых в опросах общественного мнения фактов, суммарные «страхи» или «беспокойства» представляют собой «коллективные представления», то есть стереотипные взгляды и убеждения, являющиеся продуктом или результатом многократной групповой интерпретации и достижения своего рода группового консенсуса относительно самого факта их существования, а потому это не просто оценки тех или иных жизненных обстоятельств. Такого рода представления обладают принудительной силой «общего мнения», которому подчиняются отдельные люди. И этим именно они и важны для исследователя.

«Страхи» в этом плане очерчивают горизонт социального существования людей, акцентируя то, что для них является важным, что они боятся потерять. В более общем плане подобные формы массового сознания представляют собой негативный способ производства и удержания ценностей в условиях подавления возможностей самозащиты или отсутствия гарантий для безопасной и субъективно контролируемой жизни. В этом плане уровень общий тревожности является показателем индивидуальной или гражданской слабости, недееспособности граждан, невозможности человека отвечать за свою жизнь и поведение, воздействовать на окружающую социальную среду – общественную и политическую жизнь, сомнения в работе важнейших социальных институтов, которые могли бы защитить человека от разного рода бед или несправедливости.

Для общества, в котором ограничена политическая деятельность и возможности артикуляции своих интересов и представлений, страхи становятся не отражением каких-то конкретных угроз для безопасности или благополучия повседневной жизни обычных людей, а механизмом артикуляции того, что для них ценно и очень важно. Именно ограниченные возможности отвечать за благополучие жизни своей и близких порождает хроническое ощущение диффузной тревоги.

ИЗМЕНЕНИЕ ИНТЕНСИВНОСТИ СТРАХОВ НАСЕЛЕНИЯ

 Остаются стабильными такие фоновые экзистенциальные страхи, как «болезни близких, детей», «старости», «бедности, нищеты», «стихийных бедствий». Очень сократились (особенно, если считать с 1994 года) опасения «потери работы, безработицы». Выросли социально-политические угрозы, особенно – «возврата к репрессиям», «произвола властей, беззакония» и, как следствие путинской политики милитаризма и конфронтации с западными странами – страх «мировой войны».

БОИТЕСЬ ЛИ ВЫ…

Таблица 2.1

…болезни близких, детей?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь738117912161011118
Иногда да, иногда нет1061315121718201112109
Испытываю постоянный страх/ боюсь788577708072686278767982
Затруднились ответить563432221111
Число опрошенных3000200020001500800800160016001600160016001600

Таблица 2.2

… мировой войны?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь212233442921323228313024
Иногда да, иногда нет141421162126222514151514
Испытываю постоянный страх/ боюсь514939304551434057535462
Затруднились ответить141671062331121

Высокий уровень страха перед втягиванием страны в мировую войну, зафиксированный в начале первой чеченской кампании, снизился до минимума к моменту русско-грузинской войны летом 2008 года, и, постепенно нарастая, достиг максимума в последнем замере. Показатели беспокойства по поводу хронического беззакония и произвола властей снизилось до минимума в период после национальной эйфории и коллективной мобилизации «Крымнаш», но затем не просто восстановились до прежнего уровня, но и показывают максимальные значения за все более чем четверть века.

Таблица 2.3

…произвола властей, беззакония?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь161323322738424030292922
Иногда да, иногда нет181626262619272818202019
Испытываю постоянный страх/ боюсь515544304133292951504958
Затруднились ответить161671262342122

Таблица 2.4

… болезни, мучений?

 200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь221923262431273026
Иногда да, иногда нет212127262620212217
Испытываю постоянный страх/ боюсь515748454849514757
Затруднились ответить633231111

Таблица 2.5

… возврата к массовым репрессиям?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь263451473849535141413929
Иногда да, иногда нет161421172321222316161716
Испытываю постоянный страх/ боюсь372819173026202140393952
Затруднились ответить20231019104553453

Страх перед государственным террором снижается в благополучные периоды экономического процветания и коллективной мобилизации, достигая пика после широкомасштабных акций подавления выступления недовольных и массовых протестов 2019 и 2021 годов. Можно считать, что общественное мнение таким образом отреагировало на политику руководства страны, учитывающую белорусский опыт.

Таблица 2.6

… бедности, нищеты?

 20082011201220132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь2741272028302937353332
Иногда да, иногда нет2323242425242718202121
Испытываю постоянный страх/ боюсь4427455246444245444646
Затруднились ответить510442221111

Таблица 2.7

… СПИДа?

 200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь484449585245464741
Иногда да, иногда нет14192317221113113
Испытываю постоянный страх/ боюсь273126202241383645
Затруднились ответить1163443332

Таблица 2.8

… нападения преступников?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь141919332832393940454336
Иногда да, иногда нет151628253033303019222021
Испытываю постоянный страх/ боюсь625249333933302939323344
Затруднились ответить9145942231121

Таблица 2.9

… возможности потери сбережений?

 20132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/скорее, не боюсь4040484448514038
Иногда да, иногда нет2426222416171918
Испытываю постоянный страх/ боюсь2932272934283944
Затруднились ответить72443321

Таблица 2.10

… смерти?

 200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь363336353746444642
Иногда да, иногда нет201928252616171814
Испытываю постоянный страх/ боюсь324132363337373142
Затруднились ответить1164442252

Таблица 2.11

… ужесточения политического режима?

 20132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/скорее, не боюсь4248575442403734
Иногда да, иногда нет2425222518212123
Испытываю постоянный страх/ боюсь2524171736353741
Затруднились ответить103444443

Таблица 2.12

… публичных унижений, оскорблений?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь283145443542524753535346
Иногда да, иногда нет201824202726242514181918
Испытываю постоянный страх/ боюсь373224263230222431272636
Затруднились ответить161971063242221

Таблица 2.13

… стихийных бедствий?

 199419992003200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь282835403428483848475245
Иногда да, иногда нет241925242528252820212120
Испытываю постоянный страх/ боюсь333334273843253232322633
Затруднились ответить15206932231<111

Таблица 2.14

… безработицы/потери работы*?

 19941999200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь2112453745444550504650
Иногда да, иногда нет2013181921212214161817
Испытываю постоянный страх/ боюсь4966303830313030263131
Затруднились ответить109765547953
*- в 1994 и 1999 гг. «безработицы, бедности», в 2013 и 2014, 2015 гг. «возможности потери работы»
N=1600

Таблица 2.15

… старости?

 200820132014201520172018201920202021
Совершенно не боюсь/ скорее, не боюсь434638484657545353
Иногда да, иногда нет192232222416161817
Испытываю постоянный страх/ боюсь292728272727282830
Затруднились ответить1062332121

Сравнение состояния тревожности в марте 2021 г. с показателями 2020 г. и со средними показателями за весь период измерений:

  Скорее боюсь / Испытываю постоянный страх  В среднем за указанный период: 1994- 2020  (2008/ 2013) -2020 гг.)     2020  2021Различия 1994-2020/ 2021 года
Болезни близких, детей837982 =
Мировой войны475462+18
Произвола властей, беззакония394958+19
Болезни, мучений (2008*)504757+7
Возврата к репрессиям253952+27
Бедности, нищеты (2008*)434646=
Нападения преступников373344+7
Смерти343142+8
Публичных унижений, оскорблений282636+8
Стихийных бедствий322633=
Потери работы, безработицы393131-8 /-35 с 1994/
Старости , беспомощности282830=
Ужесточения политического режима (2013**)273741+14
Потери сбережений (2013**)313936+5
Сумма всех ответов543565650Рост на 20%

* вопрос задается с 2008 года (среднее рассчитана за период 2008-2020)

** вопрос задается с 2013 года (среднее рассчитана за период 2013-2020)

Ранжировано по марту 2021 года; 1999 год (приход Путина к власти) взят как точка отсчета для сравнения

 = отсутствие изменений (в пределах допустимых статистических отклонений)

Тревожность находится, с одной стороны, в обратной корреляции с наличием социальных ресурсов – высшим или специальным образованием, большими возможностями в крупных городах и, особенно в Москве, наличием социального опыта. Так, в Москве общий уровень тревожности ниже, чем в среднем на 20%, в то время как в малых городах он выше на 8% чем в среднем. Бедности больше боятся молодые, необразованные и неквалифицированные респонденты, ограничивающиеся в своем доступе к информации каналами ТВ и соцсетями. С другой стороны, уровень тревожности связан с особенностями социальных ролей, разделением функций в обществе. У женщин в целом, он в 1.3 раза выше, чем у мужчин. Женщины – хранительницы слабо артикулируемого неформального опыта существования, консервативной адаптации к условиям жизни, в том числе – адаптации к власти и насилию, они ответственны за первичную социализацию. Они в наибольшей степени воспроизводят социальный опыт поколений, зависимости от обстоятельств, в том числе – ценностей выживания.

Характер страхов у молодых и взрослых людей различается не структурой угроз или страхов, а интенсивностью их выражения.Выше всего уровень тревожности у женщин (особенно в возрасте 40-55 лет), у людей со средним или низким образованием, с невысокой профессиональной квалификацией, бедных, у жителях малых городов и села. Определенную роль в этом отношении играют официальные СМИ, контролируемые администрацией президента. Так, показатели совокупной тревожности выше у респондентов, ограничивающихся федеральными каналами ТВ или медиа, входящими в прокремлевские холдинги (радио, газет, журналов). Напротив, уровень страхов в целом у пользователей интернета, социальных сетей (исключая угрозу возвращения к массовым репрессиям, перспективу ужесточения политического режима) заметно ниже. В особенности это относится к подписчикам телеграм-каналов.

Лев ГУДКОВ

Методология опроса

Опрос проведен 25 – 31 марта 2021 года по репрезентативной всероссийской выборке городского и сельского населения объемом 1623 человек в возрасте от 18 лет и старше в 137 населенных пунктах, 50 субъектах РФ. Исследование проводится на дому у респондента методом личного интервью. Распределение ответов приводится в процентах от общего числа опрошенных вместе с данными предыдущих опросов.

Статистическая погрешность при выборке 1600 человек (с вероятностью 0,95) не превышает:

3,4% для показателей, близких к 50%

2,9% для показателей, близких к 25% / 75%

2,0% для показателей, близких к 10% / 90%

1,5% для показателей, близких к 5% / 95%

АНО “Левада-Центр” принудительно внесена в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента. Заявление директора Левада-Центра, не согласного с данным решением, см. здесь.


[1] Подробнее о данной проблематике: Гудков Л. Страх как рамка понимания происходящего. // Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения, 1999, № 6, с.46-53.

close

РАССЫЛКА ЛЕВАДА-ЦЕНТРА

Подпишитесь, чтобы быть в курсе последних исследований!